mine; naval mine; torpedo;
  • Русская версия сайта

КОМИТЕТ О ПОДВОДНЫХ ОПЫТАХ (1839-1854)

КОМИТЕТ О ПОДВОДНЫХ ОПЫТАХ (1839-1854)

Дьяконов Ю.П., кандидат технических наук доцент, 
капитан 1 ранга в отставке

   Исторически сложилось так, что подводное минное оружие в России начало развиваться с гальванических мин. Разработка И.И. Фицтума (1807 г.) по воспламенению подводного фугаса огневым способом (с помощью огнепровод-ного шнура, или сосиса) оказалась невостребованной, как невостребованным в свое время (1797-1804 гг.) оказалось изобретение пиротехнической подводной мины Р. Фултона. Общество того времени еще не было готово воспринять новое средство борьбы на море.

 250 2   Идея применения электричества (гальванизма) для воспламенения подводных фугасов принадлежит Павлу Львовичу Шиллингу, который пришел к ней в ходе своих работ по созданию передающих линий для электрического телеграфа, которые должны были передавать электрический сигнал на большие рассто-яния, располагаясь в сырой земле и даже в воде. Создание им изолированного от внешней среды электрического проводника привело его к мысли о возможности воспламенения гальванизмом сначала подземных мин, широко использовавшихся в войнах того времени, а затем и подводных фугасов.

   Идею П.Л. Шиллинга по достоинству оценил Карл Андреевич Шильдер, генерал инженерных (саперных) войск, хорошо знавший по личному опыту технологию ведения подземной минной войны. Склонный к изобретательству, он в 1832 г. занялся претворением этой идеи к практическим нуждам армии и разработал на ее основе, прежде всего, совершенно новую технологию производства осадных работ с помощью минного оружия, которая была более эффек-тивной, экономичной и безопасной, чем традиционная технология. Далее, изучив мировой опыт создания подводных мин, он разработал ряд практических предложений по повышению обороны портов с помощью подводных мин, воспламеняемых электрическим током по проводам. Более того, он разработал проект и построил подводную лодку для активного использования подводных мин (1834 г.). Убедившись на опытах в правильности своих предположений, он 5 октября 1839 года направляет по команде письмо, где просит ходатайства перед Императором об образовании специального комитета (названного им «Комитетом о подводных опытах») для облегчения занятий его (Шильдера) «по ча-сти производства опытов с подводной лодкой и пароходом «Отважность», равно над действием фугасных ракет и мин».

  1619 октября 1839 г. предписанием генерал-инспектора по Инженерной части, К.А. Шильдеру сообщается, что Высочайшее соизволение последовало. Быстрота получения Высочайшего соизволения вполне объяснима: К.А. Шильдер хорошо известен Императору (он – его генерал-адъютант), более того, Император относится к нему с большим уважением как специалисту в своей обла-сти и талантливому изобретателю. Всего несколько лет назад работал подобный комитет, рассматривавший сухопутную минную и контрминную систему, изобретенную Шильдером, и признавший ее полезной для российской армии.

   В состав нового комитета, по предложению Шильдера, вошли видные специалисты-эксперты, представлявшие Инженерное и Морское ведомства Во-енного министерства России. Для экспертизы вопросов, связанных с использо-ванием гальванизма в рассматриваемых изобретениях, был приглашен профессор Дерптского университета Мориц Герман Якоби (в России его звали Борис Семенович), находившийся в то время при Академии наук в связи с проводив-шимися испытаниями изобретенного им электрического двигателя примени-тельно к движению судов. Случилось так, что Якоби оказался самым опытным специалистом в области практического применения гальванизма на момент об-разования Комитета, поскольку П.Л. Шиллинг - идеолог применения гальванизма для зажигания пороховых фугасов в России скоропостижно скончался за 2 года до этого.
На первое заседание члены Комитета собрались уже 11 ноября 1839 г. Заседания Комитета проводились в Инженерном замке, где для этой цели было выделена комната, в которой, правда, проводила свои совещания также Комис-сия по воинским уставам. Видимо в Инженерном замке было достаточно тесно в то время.

 111839
Протокол № 1 первого заседания Комитета, 11 ноября 1839 г.

   На основе составленной К.А. Шильдером записки «О происхождении подводного плавания и действия и успехе занятий по сему предмету, до ныне произведенных» была составлена Программа работы Комитета.
Основными пунктами этой Программы стали:
а) усовершенствование устройства подводных мин, исследование силы действия их на тела, плавающие и погруженные на дно, равно как и совершен-ствование устройства гальванического снаряда (электрической батареи);
б) исследование употребления и действия ракет в применении их к морскому делу и, преимущественно, к обороне портов;
в) изыскание удобнейшей конструкции плотов для действия с них ракета-ми и минами;
г) испытание пользы употребления и действия подводной лодки и опреде-ления наилучшей для нее конструкции.
Комитет активно принимается за выполнение этой Программы. На засе-дании 13 января 1840 г. принимается решение о том, чтобы «немедленно приступить, в счет отпущенных средств, к проведению опытов с подводными ми-нами, для чего немедленно, в присутствии Комитета, заложить подводные мины в несколько этажей в таком числе, чтобы обеспечить ежемесячный подрыв нескольких из них в течение 4 месяцев их нахождения под водой». Целью опытов является получение заключения о надежности гальванического снаряжения для дистанционного подрыва подводных мин.

Сначала опыты проводятся на Неве со льда, а с наступлением теплого времени – в Финском заливе, у Кронштадта.

О результатах деятельности Комитета в 1840 г. можно судить по отчету, представленному им генерал-инспектору по Инженерной части. «Деятельность Комитета в отчетный период была направлена на выполнение следующих задач:
1. Определить удобнейшее устройство гальванического снаряда (батареи) для вернейшего воспламенения подводных мин и других снарядов в определенном расстоянии.
Предпринятые для сего пункта членом Комитета господином надворным советником Якоби результаты воспламенения подводных мин оказались удовлетворительными. (Якоби разработал 2 модели гальванических батарей: медно-цинковые - для обыкновенных опытов, как менее дорогие, и платино-цинковые, как лучшие, для употребления на большие дистанции). Окончательное же по сему предмету заключение будет сделано вследствие испытаний, производившихся в особой по Высочайшему повелению составленной команде.
2. Определить испытаниями наилучшее и дешевейшее устройство мин в отношении прочности и непроницаемости водою.
Опыты, при Комитете произведенные, удостоверили, что удобнейшее и дешевейшее устройство подводных мин заключается в помещении пороха в двойных деревянных ящиках, при тщательном их изготовлении.
3. Изведать и определить опытами действие мин, расположенных в 3 этажа, дабы удостовериться, что при воспламенении верхней мины нижние остаются невредимы, и также в отношении других мин, находящихся с ней в горизонтальном положении.
Испытания по сему пункту показали, что употребление подводных мин в вертикальном и горизонтальном положении, в смежности находящихся, для повторения несколько раз взрыва в одном или около того же пункта, хотя возможно, но не всегда нужно.
4. Как произведенные генерал-адъютантом К.А. Шильдером опыты показали, что мина с в 30-фунтовым зарядом, действующая на глубине 12 футов достаточна для причинения в военном корабле пролома, решительно неисправимого, то повторить по возможности таковые опыты, дабы определить действия сего рода, как в отношении количества пороха, так и различных положений мин в отношении к кораблю. Но, как невозможно таковые опыты проводить над самими кораблями, то и изыскать иные для того средства, могущие открыть сколько можно ближайшие последствия.
Удовлетворительным был опыт, произведенный в отношении этого пункта над кораблем «Андрей» (старый корабль, затонувший в Финском заливе вследствие использования его в качестве мишени для артиллеристов), но, как мины при том опыте прикреплены были к самому корпусу корабля, то и оставалось не совершенно доказанным и испытанным, могут ли и в какой степени нанести вред судну мины, взорванные под водой на некотором расстоянии от корабля. К таковому испытанию предполагалось употребить приобретенный покупкой купеческий бот, но, как опыт сей по позднему осеннему времени и продолжительной ветреной погоде не мог быть произведен в минувшем году ни в Кронштадте, ни в Санкт-Петербурге, то с Высочайшего разрешения и предложено произвести опыт с наступлением весны 1841 г.
Относительно же всеобщей пользы, какую подводные мины, как вспомо-гательное средство, могут доставить к усилению обороны портов, господа-члены Комитета представили письменно изложенные мнения свои, по выслушивании и надлежащем соображении коих оказывается, что члены Комитета в мнениях сих не все согласны между собой, а именно:
а) контр-адмиралы Казин и Чистяков (представители Морского ведомства), находя возможным и даже полезным только частное употребление, но не в обо-ронительную линию подводных мин, сомневаются, однако, чтобы проводники мин сих по многосложности своей, в особенности при обороне открытых пор-тов, остались неповрежденными, что они, как бы ни были расположены, будут препятствовать плаванию своих судов… и что неприятель всегда может изыс-кать средства для предварительного уничтожения подводных мин;
б) генерал-лейтенант Козен, генерал-адъютант Шильдер, генерал-лейтенант Саблуков, генерал-майор Витовтов, полковник Внуков и надворный советник Якоби признают употребление подводных мин для обороны портов не только возможным, но и действительно полезным, приводя в доказательство, что:
во-первых, неповреждаемость мин, мгновенное воспламенение их и действи-тельный вред, который они могут нанести неприятельским кораблям, показано уже опытами;
во-вторых, проводники, находясь на дне морском или, по крайней мере, ниже погружения самого большого судна, не представляют никакого препятствия для плавания своих судов, которые при том в пространстве, занимаемом расположе-нием подводных мин, не должны будут останавливаться и бросать для того яко-ря;
в-третьих, неприятель, не приблизясь к расположению мин, не имеет возможно-сти предварительно уничтожить опасность для его кораблей во время их наступления и прохода через линию мин, которые, как вспомогательные пре-грады, должны еще находиться под выстрелами сзади находящихся судов или укреплений, почему приблизившиеся какие-либо даже мелкие суда, кроме опас-ности быть самим взорванными, не могут иметь успеха, пока мины не останутся вовсе без наблюдения.
А как действие пороха в снарядах, погруженных в воду, вообще мало известно и вовсе не определено с надлежащей точностью, то по сей части предпринять также ряд экспериментов в малом виде для приобретения возможных по сему предмету сведений и данностей для вывода сколь можно ближайших правил.
Точное и совершенное определительное исполнение по сему пункту про-изведено может быть не иначе, как в течение продолжительного времени и при постоянных наблюдениях. Но некоторые из господ-членов Комитета полагают, что и в настоящее время можно считать достаточно известным действие пороха подводных мин, по крайней мере, в такой степени, в какой оно необходимо для
причинения неисправимого на корабле повреждения».

20 сентября 1840 г. из штаба генерал-инспектора по Инженерной части в Коми-тет поступило отношение с препровождением письма и чертежей иностранца Нобеля о его пиротехническом способе воспламенения мин под водою для рассмотрения в Комитете. 

12 октября 1840 г. проводится успешный опыт с миной Нобеля на реке Охта. Мина представляла собой деревянный продолговатый ящик, длиной око-ло 1,5 футов, с зарядом пороха в 20 фунтов, на верхней стороне которого размещались 3 запальных устройства (для надежности срабатывания от внешнего воздействия). Ящик устанавливался на некотором углублении под поверхностью воды с помощью нескольких грузов (камней) и веревок. Плот, спущенный на мину по течению на канате, при ударе о мину вызвал ее взрыв и был разнесен на куски.

Immanuel Nobel 400 2   Комитет признал предложенный способ воспламенения подводных мин заслуживающим внимания и рекомендовал оставить изобретателя при Комитете для освоения его изобретения на его условиях: выплата ему за секрет изобретения 25 000 рублей единовременно и обеспечение содержания в 25 рублей в сут-ки на время сотрудничества. Однако в ноябре Нобель заболел и окончательное решение о его работе при Комитете было отложено до его выздоровления.

В отчете Комитета за 1840 г. по Нобелю было сказано: «Хотя воспламенение подводной мины по способу Нобеля представляется небезопасным для своих судов без принятия особых предосторожностей, нельзя не признать, что этот способ во многих случаях с пользой может быть употреблен».

Однако пока Нобель болел, в Комитет поступил рапорт лейтенанта Рамстета, состоявшего при Комитете, который заявил о том, что знает, как обеспечить воспламенение подводных мин пиротехническим способом, аналогичным способу Нобеля. В Комитете сложилось мнение, что можно обойтись без сотрудничества с иностранцем Э. Нобелем. 4 января 1841 г. Комитет докладывает генерал-инспектору по Инженерной части о «затруднениях, представляющихся к оставлению Нобеля при Комитете», в связи со следующим:
а) чрезмерные запросы Нобеля о вознаграждении;
б) незнание Нобелем русского языка, что потребует дополнительных затрат на содержание переводчика;
г) появившаяся возможность разработки аналогичного способа воспламенения мин собственными силами Комитета.
Вместе с тем, Комитет ходатайствует о некотором вознаграждении Нобе-ля за труды и понесенные им расходы. (Ему было выплачено 1000 руб.).

В 1841 г. продолжаются опыты с подводными минами и фугасными ракетами, но интенсивность их уже существенно ниже, чем в предшествующем году. Значительных достижений по выполнению Программы деятельности Комитета нет. В этой связи у Императора возникает сомнение в целесообразности дальнейшей деятельности Комитета и соответствующих расходов из казны на обеспечение этой деятельности.
14 сентября 1841 г. в Комитет поступает предписание генерал-инспектора по Инженерной части о проведении предварительных испытаний по Программе Комитета для подготовки к проведению итоговых испытаний в Высочайшем присутствии. Одним из пунктов этой программы был пункт «испытание пользы употребления и действия подводной лодки и определения наилучшей для нее конструкции».
Поскольку за время деятельности Комитета по данному пункту Програм-мы никаких опытов не производилось (все члены Комитета, за исключением генерал-лейтенанта Саблукова, не видели полезности в этом изобретении К.А. Шильдера), Комитет доносит генерал-инспектору об испытаниях с подводной лодкой, которые были проведены еще самим изобретателем.
16 сентября из штаба генерал-инспектора в Комитет поступает записка с определением Программы опытов над подводной лодкой, а 23 сентября в соответствии с этой Программой проводятся испытания подводной лодки.
Результаты этих испытаний не дают ничего нового: поскольку Комитетом опытов с лодкой не производилось, то не было и никаких усовершенствований ее. Опыты 23 сентября подтвердили те же характеристики подводной лодки, которые были получены в ходе испытаний, проводимых ранее самим К.А. Шильдером, т.е. те недостатки, которые были выявлены ранее, проявились и теперь.
28 сентября Комитет доносит в штаб генерал-инспектора об испытаниях, проведенных с подводной лодкой, и о мнении большинства членов Комитета о бесперспективности дальнейших работ с нею.
15 октября 1841 г. в Комитет поступает предписание от генерал-инспектора: сосредоточиться на усовершенствовании подводных мин и ракет, прекратив работы по подводной лодке. Учитывая просьбу К.А. Шильдера, подводную лодку предписывалось возвратить изобретателю для продолжения работ с нею за собственный счет.
На заседании Комитета 18 октября 1841 г. по поводу проведенных 4 ок-тября опытов над подводными минами на фарватере Большой Невки между Петровским и Крестовским островами было отмечено: «Комитет убедился в совершенной возможности предохранения подводных мин от подмочки, так и от какого-либо повреждения в столь продолжительное нахождение в море, и в действительности вреда, наносимого взрывом мины предмету, в некотором расстоянии от нее находящемуся».
В виду продолжавших иметь место разногласиях в Комитете по оценке полезности подводных мин для обороны портов, председательствующим, по окончании этих опытов, было предложено членам Комитета представить к заседанию 18 октября письменные мнения свои относительно употребления мин к усилению обороны портов «для составления окончательно по сему предмету заключения».
Такие мнения были представлены. Соотношение мнений «за» и «против» не изменилось. Большинство членов Комитета признавали подводные мины весьма сильным и действенным оборонительным средством, а 2 члена Комитета – представители Морского ведомства (контр-адмиралы Казин и Чистяков), ко-торые в этом вопросе могли быть судьями наиболее компетентными отрицали полезность подводных мин для обороны портов.

 1856 400Наиболее полно и аргументировано положительную оценку подводным минам дал гражданский член Комитета - Б.С. Якоби. Вот небольшая выдержка из его записки (мемории): «Касательно обороны я осмелюсь сделать следующие замечания. На подводные мины не можно смотреть как бы на исключительное средство при обороне. Они, по их свойству, только дополнение, служащее утвердить ныне употребляемые оборонные средства, и необходимо на них осно-вываться. Я утверждаю, что ошибочно не признавали бы их большую важность только потому, что эти подводные мины не соответствуют всему, чего можно бы требовать, или не противустоят необыкновенным кризисам природы, ураганам, которые истребляют целые флоты и т.п., или не могут оставаться под водою несколько лет сряду, не будучи расстроены в некоторых частях, а именно подобные замечания были делаемы в нашем Комитете.
Мне кажется, что при нынешнем времени глубочайшего мира гораздо нужнее бы заниматься средствами защитить какой-либо проход в самое корот-кое время, нежели заниматься системою общего расположения постоянных мин перед нашими портами. Да позволят мне присовокупить, что всегда, если дело идет об присноровлении какого-либо способа, который еще находится в умно-жающемся развитии, то ничего так не вредно, нежели когда хотят ограничить его системою и заключить в предписанные правила. Надобно стараться установить точно основные правила, а что касается до употребления, то сие зависит от местных обстоятельств, которые представляют бесконечное разнообразие для определения.
По произведенным уже испытаниям несомненно, что потребная группа подводных мин с проводниками и грузами может быть установлена в течение 2 часов, ежели материалы приготовлены и солдаты обучены. Сия работа может проводиться в виду неприятельского флота и очевидно, что, например, рейд Кронштадтский может быть приведен в оборонительное положение в самое короткое время и, следовательно, желание устроить постоянные мины будет иметь второстепенную важность. Но, напротив того, гораздо важнее дать офицерам и солдатам через ежедневно повторяемые упражнения привычку и сноровку к сему роду дела и обучать их как понтонеров, которых беспрестанно учат наводить и снимать мосты».

Эту последнюю мысль академик Б.С. Якоби лично подтвердил на практике, организуя оборону Кронштадта подводными минам в ходе Крымской войны в 1854 и 1855 гг.
21 ноября 1841 г. Комитет извещается о Высочайшем решении продлить деятельность Комитета только до весны 1842 года с условием, представить к концу этого срока все достижения Комитета опытами в Высочайшем присутствии.
Таким образом, встал вопрос о прекращении деятельности Комитета о подводных опытах в связи с отсутствием положительных результатов.
Но, 27 декабря Комитет получает предписание генерал-инспектора о рас-смотрении новых предложений иностранца Э. Нобеля по подводным минам. На этот раз это целый пакет предложений:
а) усовершенствованная пиротехническая подводная мина;
б) способ обеспечения безопасности подводных мин для своих кораблей (минный перемет);
в) движущаяся по воде мина;
г) способ площадного применения сухопутных мин.

 1842
Пиротехническая мина Нобеля обр. 1842 года

1- мина: 11-внешний корпус; 12- внутренний корпус; 13- гнездо для запального устройства; 14- выступ для удержания запального устройства; 15- пороховой заряд; 16- отверстие для засыпки пороха; 17- балласт; 18- рым для минрепа;
2- запальное устройство: 21- трубчатый шток; 22- поплавковый предохранитель; 23- инерционный баллон; 24- отверстия для вытекания воды из баллона при всплытии мины; 25-отверстия для вытекания воды при опускании поплавкового предохранителя; 26- резиновое уплотнение; 27- свинцовый наконечник; 28- стеклянная трубка с серной кислотой; 29- пороховая засыпка.

В 1842 г. деятельность Комитета связана, в основном, с оценкой новых предложений Нобеля. На эту деятельность выделяются необходимые средства из казны, которые поступают в распоряжение Нобеля.
9 июня 1842 г. на реке Охта проводятся опыты с усовершенствованной подводной миной и переметом Э. Нобеля по программе:
а) подъем и опускание мин в воде с помощью перемета (38 мин);
б) проверка непромокаемости мин (содержание в воде 8 недель);
в) проверка безопасности вкладывания и вынимания запалов в мины (осуществляется лично Э. Нобелем);
г) проверка безотказности взрыва мин и их разрушительной способности.
Комитет признает опыты успешными и рекомендует приобрести изобретение Нобеля, показав его действие в Высочайшем присутствии.
13 июля в Комитет поступает предписание генерал-инспектора о представлении опытов над минами Нобеля в Высочайшем присутствии. Для обеспечения проведения этих опытов отпускается 1060 руб.
15 августа Комитету сообщается, что есть Высочайшее соизволение о том, чтобы окончательное решение о продолжении или закрытии деятельности Комитета было отложено до представления на Высочайший смотр опытов над минами Нобеля, при этом опыты над минами К.А. Шильдера пока не производить.
Опыты с минами Нобеля в Высочайшем присутствии проводятся 2 сентября. Присутствуют: наследник цесаревич Александр Николаевич и генерал-инспектор по Инженерной части Великий князь Михаил Павлович. Опыты проходят успешно.
17 сентября в Комитет поступает отношение от начальника штаба генерал-инспектора с извещением: «Военный министр сообщил от 14 сентября, что Государь, вследствие представления генерал-инспектора о результатах опыта 2 сентября, приказал:
1) выдать Нобелю 25 000 руб. в награду за передачу секрета его мин;
2) передать изобретение Комитету о подводных опытах и причислить к оному Нобеля».

Последующие несколько лет деятельности Комитета связаны с проверкой возможности реализации предложений Нобеля в реальных морских условиях. Опыты не дают заявленных изобретателем результатов, не смотря на ряд усовершенствований, внесенных изобретателем и некоторыми членами Комитета.
Вместе с тем, Б.С. Якоби продолжает работы по совершенствованию гальванических подводных мин, взяв на себя практически все вопросы конструирования и изготовления, как отдельных узлов, так и мин в целом. Эти работы привели к определенным успехам, о которых он доложил Комитету. Комитет решил, поскольку Якоби представил донесение об окончании приготовлений к производству опытов над его минами, то окончательные испытания над моделью перемета Нобеля отложить до проведения опытов Якоби.
Опыты Якоби предполагалось провести на Неве близ Петровского острова, но последовало указание о представлении их Императору. Эти опыты, сна-чала были отложены до возвращения Императора из Москвы, а в последствии не могли быть проведены из-за наступления зимнего времени.
Имея в виду, что эти опыты должны будут быть представлены в 1847 г., Комитет предоставил Якоби заняться в продолжение зимы 1846-47 гг. предва-рительными испытаниями его способа, которые и были им проведены с помо-щью офицеров и нижних чинов учрежденной Гальванической команды. При этих испытаниях Якоби имел в виду поупражнять людей в работах с минами и с большей достоверностью убедиться в усовершенствованиях, сделанных им в конструкции подводных мин.
Эти частные испытания над минами, опущенными в воду сквозь сделанные во льду проруби, имели весьма хорошие результаты, из коих особенно важно отметить, что при всех испытаниях проводником служила вода, так что от батареи была проведена к мине только одна главная проволока с несколькими отростками для отдельных мин.
В заключение Якоби уведомил Комитет, что для настоящих опытов все приготовления отчасти уже сделаны, так что легко могут быть совершенно окончены, коль скоро наступит весна и коль скоро поступит приказание о их производстве.
В 1847 г. деятельность Комитета определялась подготовкой к опытам с минами Якоби в Высочайшем присутствии и реализацией их результатов.
Эти опыты состоялись 15 июня 1847 г. в Ораниенбаумской гавани. В отчете генерал-инспектору о деятельности Комитета в 1847 г. эти опыты описаны следующим образом: «Были произведены испытания над расположением цепи подводных мин и способом воспламенения их. Опыты эти, как результат мно-голетних занятий Комитета к изысканию наиудобнейших средств для усиления обороны портов и фарватеров, удостоились Высочайшего присутствия и одоб-рения Государя.
Мина представляла собой двойной деревянный ящик кубической формы с крышкой. Пространство между ящиками заливалось смолой с примесью сала и других веществ, непроницаемых для воды. Ящик осмаливался и снаружи. Заряд составлял от 40 до 60 фунтов пороха, для воспламенения использовался запал (по новому способу устроенная коробочка) внутри заряда. В минах использовался также ртутный соединительный прибор. Мина устанавливалась на веревке с булыжником. Гальванические провода – с использованием воды в качестве второго проводника (через цинковый лист на мине и такой же у батареи).
Государь, после проведения опытов, приказал составить соображения для применения мин в Морском ведомстве, для чего особому комитету со стороны Морского ведомства было поручено изучить возможности использования мин по морской части».
На запрос военного министра о судьбе перемета Нобеля Комитет изложил свое мнение следующим образом: «Перемет Нобеля с предложениями Шильдера требует еще занятий и опытов, сопряженных с расходами, а вновь предложенный Якоби способ расположения мин под водою, выдержавший несколько опытов, может заменить перемет. Таким образом, опыты над переметом Нобеля производить не целесообразно до тех пор, пока система Якоби будет признана заменяющей все другие средства».
Работы над изобретениями Нобеля в Комитете прекратились, а вся дея-тельность Комитета сосредоточилась на реализации указания Императора «использовать мины по морской части».
Были предприняты шаги в этом направлении и высшими инстанциями.
Из отношения военного министра от 4 октября 1847 г. Управляющему морским министерством: «Государю Императору благоугодно было, после опы-тов над подводными минами 15 июня в Ораниенбауме, высочайше повелеть: со-ставить соображения о применении системы подводных мин к действительному в морском деле употреблению. Генерал-инспектор по Инженерной части, при сообщении сего соображения, имея в виду, что дело о подводных минах собственно в теоретическом отношении доведено у нас до возможного успеха, и что дальнейшие усовершенствования, равно разрешение многих вопросов, как, например, определение глубины, на которую могут быть погружены мины, сте-пень изолировки проводников при употреблении их в открытом море и т.п. требуют практических занятий в большом виде и размере, полагал:
1. Предоставить Морскому ведомству избрать место для производства опытов в большом виде и предложить вопросы, которые, по мнению оного, необходимо будет разрешить для положительного удовлетворения в том, что способ упо-требления подводных мин может быть употреблен в морскую часть.
2. Комитету о подводных опытах по обозрению места составить соображения о сделании на оном надлежащего устройства к производству опытов и смету из-держек, которые для этого потребуются.
3. Ежели на исполнение таковых опытов на том месте, которое указано будет Морским ведомством, и на утверждение предположений и сметы Комитета воспоследует Высочайшее соизволение, то предположенные опыты исполнить Ко-митету в течение лета 1848 г. при назначенных для того от морской части особых лицах, которые должны наблюдать в подробности за ходом дела и разрешением вопросов, со стороны Морского ведомства предложенных, а по окончании опытов представить Комитету письменное мнение свое о сем предмете.
4. Так как в сухопутном ведомстве занятия по применению гальванизма к военному употреблению начались с обучения офицеров и нижних чинов теории гальванизма и необходимым приемам для действия на практике, то таким же образом начать образование команды и для Морского ведомства. Для сего первоначально составить команду из 2 офицеров и 10 рядовых из учебных экипажей с двумя мастерами саперного дела, которых и обучить под руководством академика Якоби вместе с гальваническою командою, приготовляемою при лейбгвардии Саперном батальоне.
5. Команде от Морского ведомства дать только помещение, все же прочие способы обучения будут даны от вышеупомянутой команды лейб-гвардии Саперного батальона».
Из отношения начальника Главного морского штаба от 13 октября 1847 г. председателю Комитета о пароходах «О применении системы подводных мин в морском деле»: «Препровождая копию полученного мною от военного министра отношения от 4 октября «о применении системы подводных мин к действительному употреблению в морском деле», прошу предложить бумагу сию на соображение Вашему Комитету. Соображение это, как я полагаю, могло бы состоять, во-первых, в избрании удобного места для предполагаемых военным министром опытов и, во-вторых, в изложении ожидаемых военным ведомством с морской стороны ответов, долженствующих относиться собственно к употреблению подводных мин в морском деле, после чего Комитет возложил бы на одного или двух из своих членов и самое, упоминаемое в отношении князя Чернышова, наблюдение за ходом таких опытов. С получением уведомления о мнении Вашего Комитета будет создана морская команда для опытов в распоряже-нии Инспекторского департамента Морского министерства».
Справка: Комитет о пароходах был учрежден в 1842 г. для более успешного развития военного судостроения в России. В 1856 г. он был упразднен с передачей функций Кораблестроительному техническому комитету. Комитету о пароходах предписывались, в частности, и занятия вопросами применения мин в морском деле, которые, после его упразднения, перешли в ведение специально созданного в 1857 г. Комитета о минах.
Указание Императора в полной мере реализовано не было, т.е. подводные мины не были переданы в ведение Морского ведомства, однако сама минная система (образец гальванической мины и способ ее практического использования) была доведена до практически удовлетворительного состояния к 1852 г.
1 апреля 1852 г. академик Якоби докладывает в Комитет о предложении начальника Главного морского штаба произвести в текущем году заключитель-ные опыты над подводными минами на Ревельском рейде. 3 мая он докладывает о начале предварительных приготовлений к опытам на Ревельском рейде и хо-датайствует о назначении на время производства опытов людей, парохода, гребных судов, водолазного аппарата, 30 пудов пушечного пороха, а для офицеров и нижних чинов – полного морского довольствия и квартир в Ревеле.
11 июня Якоби получает 1000 руб. для изготовления мин, гальванических проводников и других принадлежностей для опытов текущего года, а 13 августа докладывает в Комитет об отправлении его с людьми, назначенными для опытов, на пароходе «Усердный» из Кронштадта к Ревельскому порту.
К 21 сентября 1852 г. основные работы на Ревельском рейде заканчиваются, и академик Якоби возвращается из Ревеля в Санкт-Петербург, оставив там для наблюдения за поставленными минами подпоручика Егорова с 3 кондукторами и 2 мастеровыми. 4 октября подпоручик Егоров докладывает в Комитет о прекращении наблюдений за погруженными минами по приказанию генерал-адьютанта Литке (Главного командира Ревельского порта и председателя ко-миссии по испытаниям мин).
15 октября 1852 г. генерал-адьютант Литке докладывает в Комитет о результатах испытаний мин Якоби в 1852 г. на Ревельском рейде: «по 5 пункту: мина, заряженная 9-ю пудами пороха, пролежала в воде целый месяц на 5 футов ниже поверхности, взлетела на воздух при первом соединении тока».


 1852
Гальваническая самовоспламеняющаяся мина Якоби обр. 1852 г.

Мина эта имела следующее устройство и действие.
В медном котле (зарядной каморе) помещалось 9 пудов (144 кг) пушечного пороха. В угольковом запале размещалось 0,1 фунта мелкого (охотничьего) пороха (первичный заряд). Соединительный прибор представлял собой две медные части: стационарную воронку, соединенную проводником с медным листом на внешнем корпусе мины (линия электрической цепи к гальванической батарее через воду) и медный колпачок в резиновом (гуттаперчевом) упругом колпаке, соединенным через угольковый запал изолированным проводником с одним из полюсов гальванической батареи на берегу.
Подвижный горизонтальный деревянный (скрепленный железным обручем) диск, размещенный на 6 вертикальных пружинных штырях (рессорах), перемещения которого ограничены 2-мя вертикальными болтами, закрепленными на верхней крышке корпуса мины, при ударе корпусом проходящего корабля смещается, воздействуя на резиновый колпак, что приводит к соприкосновению медного колпачка с медной воронкой и, таким образом, замыканию электрической цепи запала. Для надежности сцепления подвижного диска с деревянным корпусом корабля при касании на этом диске предусмотрены 6 вертикальных металлических стержней (штырей). Упругость резинового колпака при снятии давления на деревянный подвижный диск позволяет принять им первоначальную форму и, таким образом, разомкнуть электрическую цепь запала.

Из мемории Комитета о подводных опытах: «По случаю представления рапорта академика действительного статского советника Якоби от 19 февраля 1853 г. о ходе и результате опытов над предложенными им подводными минами, произведенных, согласно мнению начальника Главного морского штаба, на Ревельском рейде господа-члены Комитета, по общему мнению, находят:
1. Опыты над подводными минами, произведенные на Ревельском рейде, как в теоретическом, так и в практическом отношениях вполне оправдали предложенную изобретателем систему обороны портов и доведены ныне до удовлетворительных результатов.
2.Для приведения в действие сделанного открытия, основанного на непре-менной пользе от предложенного способа обороны портов, остается ныне потребность в продолжительном образовании к действию по сему предмету офицеров и нижних чинов. Для чего Комитет находит необходимым сформировать от Морского ведомства постоянную практическую команду, которую и обучать употреблению гальванизма для применения к воспламенению мин, с производством практических занятий, при которых, кроме навыка людей в умении обращаться с различными гальваническими аппаратами и инструментами, представится возможность достигнуть к дальнейшему усовершенствованию, как са-мого применения гальванизма, так и механизма соединительных приборов мин и верному ими действию при различных встречающихся обстоятельствах.
Таковым только единственным средством в постоянных практических упражнениях потребного числа офицеров и нижних чинов действию гальваническим способом может быть с пользой употреблена сия важная оборонительная система подводными минами, а в случае встретившейся надобности, в то же время и теми же практикующими людьми, и применена к действительному в морском деле употреблению. Тем самым, представить Комитету возможность в совершенстве исполнить повеление Государя «о сделании применения сего столь важного оборонительного средства, введении и наилучшем изучении оного в Морском ведомстве при необходимом содействии со стороны Комитета, впредь до совершенного с этим предметом ознакомления морской части».
Посему Комитет и полагал бы таковым исполнением продолжить свои занятия в предстоящем лете, но прежде, чем сделать какие-либо определительные предположения по сему предмету, ныне определено:
1. Мнение свое о дальнейших практических занятиях представить на благоусмотрение господина Инспектора инженеров и на составление предположения испросить разрешение.
2. Ежели на предположение Комитета последует разрешение, то составить полное соображение о дальнейших действиях и, по обсуждении оных в собра-нии Комитета, представить на благоусмотрение его же Высокопревосходительства».
29 апреля 1853 г. в Комитет поступает сообщение Управляющего Мор-ским министерством Великого Князя Константина Николаевича к Инспектору инженеров: «Его Величество утвердил в общих видах Ваше мнение о принятии подводных мин для обороны портов и возложил на меня дальнейшее направление этого дела».

5 ноября 1853 г. на заседании Комитета заслушивается отчет академика Якоби об израсходовании им 7 094 руб. 95 коп. серебром, выданных ему на проведение опытов с минами. Это было последнее заседание Комитета.
В январе 1854 г. академик Б.С. Якоби срочно командируется в Кронштадт для выполнения работ по «особо возложенному на него поручению» (создание системы минной защиты Кронштадта), в связи с угрозой нападения англо-французской эскадры.
17 февраля 1854 г., в соответствии с предписанием Инспектора инженеров инженер-генерала Дена, делопроизводитель Комитета - поручик Патрик коман-дируется в Кронштадт в распоряжение академика Якоби, а документацию Комитета, по приказанию, сдает в архив Инженерного ведомства.
Комитет о подводных опытах, образованный для проверки полезности и перспективности изобретений генерал-адъютанта К.А. Шильдера (по его просьбе), выполнил свое предназначение настолько, насколько позволили обстоя-тельства. Тем не менее, несомненной заслугой Комитета о подводных опытах является доведение идеи генерал-адъютанта К.А. Шильдера о системе подводных мин для обороны портов до практической реализации в виде системы подводных мин Якоби. Благодаря этому, к началу Крымской войны Россия имела отработанный вариант подводной гальванической мины, а также определенное число специалистов, подготовленных к изготовлению и применению подводных мин для обороны портов и устьев рек. Этот потенциал с успехом был реализован в ходе войны, как на Балтике, так и на Дунае.
Это позволяет с полным основанием считать Комитет о подводных опытах колыбелью российских подводных мин.
Деятельность Комитета была приостановлена в связи с Крымской войной (1853-1856). На короткое время вопросы применения мин в морской войне перешли к Комитету о пароходах (до 1856 г.). А в 1857 г. был создан Комитет о минах, продолживший дело Комитета о подводных опытах.

Литература:
1. РГА ВМФ, ф. 1351, д. 5, 6, 7, 8, 12, 19, 24, 25, 30, 33, 34, 35, 37, 38, 40, 41, 45, 49, 50, 52, 55, 56, 58.
2. Развитие минного оружия в русском флоте. (Документы), Воениздат, 1941.
3. Калядина С.А. «Нобели в России». ж. «Природа», № 9, 1992.